Трисифонье. Как это было…

— Давай БЗ, на пять минут меня выпусти, чтобы я на полочку успел спустится… («БЗ» — Юра Базилевский, прим. редактора).
За сифон «Квиточка», пройденный Соловьем во время февральской экспедиции УСА, мы ходили летом. Тогда удалось спуститься за ним метров на тридцать, до следующего сифона. Мы собирались нырять дальше, но не угадали. Пришло известие о падении Андрюши Сизикова в «Некуйбышевской», и нам пришлось подыматься наверх, по ходу собирая пять подземных лагерей. Мы не знали когда, как и кому из нас удастся вернуться.

Сейчас, в октябре, это все позади. Андрюха, живой и почти здоровый, сидит в базовом лагере на связи и даже собирается женится недели через две. А я уже за «Квиточкой» гляжу на забитые летом крючья. Сифон обрывается в колодец сразу. Едва выплевываешь регулятор, как надо пристегиваться к веревке. Метров пятнадцать ниже — полочка. Шлямбурный набор, вместе с любимой катушкой висит на скальном выступе, шинка карбида тут же, заклинена в щели. Как будто вчера оставили. Можно подождать БЗ. Слив воды из сифона возвещает о его приближении. Пока вожусь со снаряжением на полке, он обходит меня и спускается дальше в отвес. Догоняю уже на подходе к следующему сифону.

Он умудрился оставить баллоны на «Квиточке» и выглядит поразительно ловким, двигаясь «всего лишь» в гидрокостюме с грузами. Я готовлюсь нырять дальше, привязываю катушку за примеченный еще летом выступ и тут слышу возглас БЗ: « Клим, а сифон-то подсох изрядно!»

Заглядываю в уступ, на дне которого летом мы видели сифонное озеро, и вижу Базилевского, исчезающего под стенкой в направлении противоположном тому, куда я собирался нырять. Да, уровень воды ниже метра на полтора. Проходим по полузатопленному ходу и все-таки упираемся в сифон. Достаточно открутить вентиля, надеть маску, включить дополнительные фонари и можно нырять. Сифон проходится сходу, не успеваю даже замерзнуть и расслабится. Совсем короткий, от силы пару метров при таком уровне воды. Возвращаюсь к БЗ. Снимаю баллоны и сразу чувствую «необыкновенную легкость бытия». Проходим вдвоем на задержке. Первое что сказал БЗ, выйдя на ту сторону: «Да это же просто подныр при такой воде.» Сказано – сделано. «Подныр» — хорошое название, так и назовем.

Метров семь прямо по ходу, и ручеек сливается в небольшой уступ. Мощные лучи подводных фонарей показывают все детали рельефа. Веревки у нас с собой нет. Интелегентно спускаемся лазаньем. Два поворота меандра и опять колодец. Черт побери! Это здорово!

Хотя сегодня нам туда уже не спуститься. Без веревки здесь, пожалуй, невозможно. Утомительное возвращение с топосъемкой.

В лагерь «Станция» (-1800), что на 150 метров выше «Квиточки», приходим изрядно уставшими. Все, правда, компенсируется всеобщим ликованием по поводу продолжения пещеры.

День второй.
Протаскиваем два мешка со снаряжением через «Квиточку». Оставляем баллоны и свинец, уходим вниз почти налегке. За «Подныром» начинаем вешать веревку. Уступ за уступом спускаемся все глубже. Но характер пещеры не вызывает особого оптимизма. Все время вдоль ручья, небольшой объем, никаких вариантов в сторону. Все признаки, что праздник первопрохода вот-вот закончится. Очередной колодец полностью проливается ручьем. Спрятаться негде. Идти дальше тоже — впереди затопленная щель между стеной и камнями. Немного выше я для комфорта скинул с головы обтюратор гидрокостюма. Сейчас сильно жалею об этом. Вода хлещет везде, даже дышать приходится через язык. Кое как выбираюсь из этого ужасного места. БЗ спускается в обтюраторе и маске. Может я что-то пропустил? Хорошо бы. Мы на 100м ниже «Квиточки», как раз на уровне «Game over» — дна пещеры. Довольно обидно остановится здесь. Мои раздумья прерывает появление БЗ. «Знаешь, Клим, я думаю что нужно нырнуть туда, в щель. Я ноги туда засунул, думаю что можно пролезть. Надо хоть попытаться. Нельзя так оставлять»

Возвращаемся с топосьемкой. В лагерь приходим под утро. Товарищи уже вернулись с восхождения и греются в спальниках. Мы сильно выбились из графика. Конечно, не хочется терять день, но чтобы пройти сифон, нужно быть очень сильным.

Когда ты уставший, в плохой форме, любое препятствие там, под водой, кажется непреодолимым. Черту под дебатами подводит Провалыч: «У нас сейчас нет права на ошибку. Клим, сделайте дневку, а потом найдите проход. Ты же всегда проходишь сифоны в этой пещере».

20 часов «релакса» в лагере возвращают нас к жизни. Сегодня мы найдем продолжение, или закроем эту ветку пещеры. Быстро спускаемся 200м, одеваем гидры, подводные «причандалы», проходим «Квиточку». Там подвешиваем на крючьях снаряжение БЗ, а мое убираем в мешки и спускаемся дальше. Маленькая площадка над крайним колодцем – единственное место, где можно одеться и разобрать снаряжение. Дальше спускаюсь уже с баллонами, включенными фонарями и даже в маске. Такое ощущение, что погружение уже началось, хотя до сифона еще далеко. И вот, наконец, дно колодца. Катушку креплю прямо за конец навески. Подходит БЗ. Говорить здесь бесполезно, но понимаю, что он ободряет меня знаками, показывает, что будет ждать здесь. Конечно, это мало чем поможет, но все же его присутствие так близко, как-то добавляет того внутреннего тепла, которое будет согревать меня в сифоне.

Ногами вниз плавно протискиваюсь в затопленную щель. Медленно, сантиметр за сантиметром ухожу под воду. Я уже в сифоне, дышу из регулятора, а вода еще стучит по моей каске. Какой-то проход вроде есть. Прощупывая ногами, проползаю несколько метров. Все, так далеко не уйдешь, надо развернуться и идти головой вперед.

Медленно, бесконечно медленно, подбираю под себя ноги, группируюсь, разворачиваю один за другим баллоны и сквозь клубы мути вижу уходящий вниз ход: круглого сечения, очень узкий сантиметров 60х60, но стены гладкие, можно протиснутся. К счастью, буквально через несколько метров прохожу перегиб, еще рывочек и поднимаю голову уже на той стороне. Шум воды сразу указывает, что сифон пройден, только вот куда я попал? Площадь сифонного зеркала меньше метра, я еще не нырял ничего подобного. По узкому ходу проползаю несколько сливов с журчащей водой, полузатопленный ход с поворотом и совершенно неожиданно оказываюсь на краю колодца. Широкого глубокого ну просто отличного настоящего колодца! Это Победа! Вот оно, то, к чему мы шли сквозь все неудачи этого года, раз от раза становясь все сильнее, спокойнее и лучше…. Скорее вверх к БЗ, к друзьям за веревкой, спитами и едой.

Влажный комфорт подземного лагеря, радость на лицах друзей, огромная пещера, которая валит к центру земли – что еще нужно для счастья? Правильно – снаряжение. Без него нечего даже думать о дальнейших подвигах. А его то у нас явно не хватает. Да и времени от силы на два дня, надо начинать выемку. Но великие пещеры тем и хороши, что если стратегически помыслить в них всегда можно найти великое множество всякого снаряжения.

Мы с БЗ, как настоящие стратеги подводники остаемся «оттапыриваться» в палатке. Провалыч, как самый быстрый, уходит за веревкой к колодцу «Viva Australia». Гоша с техничным Шувалычем отправляются снимать железо с восхождения над «Game Over». Так что, когда через несколько часов мы встречаемся у «Квиточки», проблема снаряжения уже решена.

Стоматолог БЗ.
Тяжело идти по пещере, проходить по перилам, спускаться в колодцы, когда на тебе помимо обычного вертикального снаряжения одет гидрокостюм, пара баллонов с аппаратурой, комплект грузов, маска и вдобавок куча снаряжения для дальнейшего первопрохода. Тяжелее наверно только одно – подыматься обратно. Но до подьема еще далеко, а пока, на спуске нам надо существенно улучшить навеску за «Подныром». Чтобы потом можно было отсюда вылезти. Каждый спит в таком «тяжелом вооружении» дается нелегко. На помощь приходят скальные крючья, которые при известной сноровке бьются значительно быстрее шлямбурных. Но с ними тоже бывают неожиданные приключения. Зацепившись скай-хуком за небольшой выступ, я пристраиваю длинный конговский швеллер в щель.

Хорошое место для оттяжки. Если не сделать, то, наверняка, потрем веревку на подъеме. Чтобы легким петцелевским молотком расклинить такой крюк, надо держать молоток за самый кончик и бить очень сильно и точно. Так я и делаю, но вдруг промахиваюсь и молоток отскакивает клювиком мне в зубы.

Сразу даже не понимаю что произошло, полный рот крови, какие-то осколки во рту… Обследование ротовой полости языком показывает что верхний резец наполовину сломан, а то что от него осталось еле держится, болтаясь во все стороны. Поднимаюсь наверх колодца, БЗ – негодяй, не до конца вникает в трагизм ситуации, с трудом сдерживает смех. Меня беспокоит предстоящее погружение, обломок зуба под клапан выдоха – невеселый подарок в сифоне. Поэтому прошу его оказать джентльменскую услугу – очистить мою ротовую полость от болтающегося зуба. БЗ как заправский доктор включил все подводные фонари, что были у него на каске, вооружился «лизерманом» и долго, обстоятельно ковырялся у меня во рту. « Его, конечно, можно дернуть, но тебя же с такой дырой во рту девки любить не будут. Да и вроде он поменьше шатается. Давай оставим, если вдруг в сифоне выпадет, ты его языком за щеку и сохранишь на сувениры». Доктор БЗ с горящими фонарями и фирменными плоскогубцами в руке выглядел очень внушительно, так что я со всем сразу согласился, и мы, отложив операцию до лучших времен, продолжили путь вниз.

«Унитаз»
Обычно проходить сифон, в котором ты уже был, по висящему шнурку значительно легче чем впервые. Почему-то сейчас я это не почувствовал. Очень все непросто. Неудобный подход, корявый рельеф, да еще разворот этот (головой вниз там просто физически не зайти). В общем, не подарок, ощущение, что в унитазе каком-то побывал.

Разбираю снаряжение, что удалось протащить на ту сторону, поджидаю товарища, как он там со своими метровыми коленками? Но вот, волна воды из сифона, и звезда отечественного технодайвинга — БЗ показывает своим появлением, что его ничто не остановит. Как всегда полон хорошего настроения, он с восторгом принимает предложенное мной название сифона – «Унитаз». Говорит, что может, слегка грубовато, зато содержательно. На официальных топосьемках можно будет заменить на «00».

Его безудержное веселье заражает меня, открываются какие-то скрытые резервы энергии и праздник первопрохождения идет на всю катушку! В две руки забиваем крючья, спускаемся в колодец — двадцатник в отвесе, за ним еще, все объемно! Спиты стараемся не бить, благо много мытых проушин в стенах, все вяжется. За очередным уступом приходит приток, и тут же, находим неожиданный подарок – драную, синию спелеоперчатку. Как-то весной в Крыму, в сифоне п. Солдатской, когда я разглядывал замытый паводками спелеомусор – сапоги, обрывки мешков и даже пару литровых баллонов, мне пришла в голову мысль, что продукты жизнедеятельности человека опережают его экспансию под землей. Похоже, это верно для всех пещер. Не знаю чья это перчатка, или Соловей утопил в сифоне зимой, то ли Касьян потерял в «Game Over» осенью, неважно, нам радостно найти ее здесь.

Со смехом водружаем ее на импровизированный пьедестал и понимаем, что это будет точка, с которой мы потянем топосьемку наверх к «Унитазу». Веревка, что мы протащили сегодня, закончилась, а впереди очередной Колодец!

«Победу и добычу оставь другим. Утрату и поражение возьми себе.» Тибетская народная поговорка.

Сегодня последний день нашей работы в «Трисифонье». Стартуем очень рано. От лагеря «Станция» до места, где мы остановились вчера более трехсот метров по вертикали и три сифона! Что бы добраться туда, пройти глубже и вернуться обратно, надо работать очень быстро и без ошибок. Пять часов спустя мы проходим мимо «Синей перчатки» и по гладкой наклонной трубе развешиваем последний мешок веревки. Воды стало заметно больше после притока, приходится оттягивать навеску в сторону, чтобы не заливало карбидки. Снова пошли наклонные трубы. Здесь можно пройти без веревки, это здорово, ее осталось совсем немного. Следы подтоплений на стенах, все говорит о близости сифона. Вот и он. Большое сифонное озеро и голубой туннель, наклонно уходящий вглубь. Наше первопрохождение закончилось. Никакой досады, что мы не пойдем дальше сейчас. Мы сделали все, что могли, возможно, даже больше. Надо подниматься наверх, делать топосьемку. От солнца нас отделяют четыре сифона, бесчисленное множество веревок и много дней тяжелой подземной работы.

Позже при обработке данных наших измерений выяснилась новая глубина пещеры «Крубера-Воронья» — 2140м.

Вспоминая и осмысливая события этой экспедиции, пришло понимание того, насколько высокую планку мы поставили перед собой, проникнув так глубоко. Чтобы спуститься глубже, нужно быть лучше, удачливей, сильнее. Но самое прекрасное то, что, как водится в пещерах, и эта фантастическая глубина «подземного полюса планеты» когда-нибудь уйдет в историю. Ведь остановить человека в стремлении в глубь земли не может ничто.

Олег Климчук.
Фото: Денис Провалов
(при участии Canon).